Anthropic просит пересмотреть дело Пентагона полным составом

Anthropic попросила апелляционный суд округа Колумбия пересмотреть спор с Пентагоном на слушании en banc. Так называют заседание, где дело разбирают все действующие судьи округа, а не коллегия из трёх. В разборе Lawfare от 17 октября автор объясняет, почему у компании есть шанс. Его главный довод - история принятия закона FASCSA, которую большинство коллегии почти не рассматривало. По оценке автора, если полный состав суда её учтёт, решение, скорее всего, отменят.

Мнение большинства написал судья Грегори Кацас, к нему присоединилась судья Неоми Рао, судья Карен Лекрафт Хендерсон написала особое мнение. Большинство признало поведение Anthropic «риском цепочки поставок» по FASCSA и оставило в силе исключение компании из части цепочки поставок Министерства обороны (стороны процесса называют его Department of War). Lawfare раскрывает, что Anthropic даёт вычислительные мощности для одного из его проектов, с этим разбором не связанного, и в редакционной работе издания не участвует.

Спор идёт о ярлыке, а не о самом контракте. Anthropic не оспаривает право Пентагона отказаться от Claude в своих проектах и даже вызвалась помочь ему без сбоев перейти к другому поставщику. Компания хочет, чтобы ведомство действовало по обычным правилам закупок. Ярлык «риск цепочки поставок», по её словам, ассоциируется со злоумышленниками. До Anthropic его ни разу не присваивали американской компании.

Как до этого дошло

Переговоры о контракте сорвались в начале 2026 года. Министерство требовало права использовать технологию для «любых законных целей», Anthropic отказывалась пускать Claude в массовую слежку внутри страны и в полностью автономное оружие. 27 февраля министр обороны Пит Хегсет написал в соцсети, что намерен убрать компанию из федеральной цепочки поставок, а 3 марта оформил это решение со ссылкой на FASCSA. Все продукты Anthropic предписали убрать из систем ведомства за 180 дней, а оборонным подрядчикам запретили использовать Claude в работе на министерство.

Пентагон опирался сразу на два закона: на FASCSA и на 10 U.S.C. § 3252. Поэтому Anthropic судилась в двух местах: о FASCSA спор шёл в апелляционном суде округа Колумбия, а о § 3252 в федеральном суде Северного округа Калифорнии. Там судья Рита Лин признала действия правительства незаконными: по её выводу, они нарушали Первую поправку, потому что были местью за критику администрации. Определение из § 3252 судья прочла как требующее злого умысла, и поведение Anthropic под него не подошло. «Пустая ссылка на национальную безопасность - не карт-бланш, чтобы наказывать критиков правительства и мстить им», - цитирует её решение Guardian.

«Умело управлять»

FASCSA определяет риск цепочки поставок как риск того, что любое лицо может саботировать, злонамеренно внедрить нежелательную функцию, извлечь данные или «иным образом манипулировать» разработкой, производством, эксплуатацией, обслуживанием или выводом продукта из эксплуатации, чтобы следить, лишать доступа, нарушать работу или «иным образом манипулировать» его функциями.

Большинство построило решение на словах «иным образом манипулировать» и взяло значение из словаря American Heritage: перемещать, упорядочивать, приводить в действие или контролировать руками, другой частью тела или механическими средствами, особенно умело. В таком прочтении злой умысел не нужен, и под определение, как пишет автор, попадает почти любое сознательное решение о том, каким будет продукт. Его примеры знакомы любой софтверной компании. Если вендор перестал выпускать патчи безопасности для старой ОС, он сознательно распорядился её «выводом из эксплуатации», одной из стадий, перечисленных в законе, и «лишил» ведомства возможности ею пользоваться. Если вендор отказался делать функцию, которую просило агентство, он принял решение о «разработке», и государство не получило нужную ему функцию.

Историю принятия закона большинство разобрало всего в двух предложениях. В первом оно отклонило попытку Anthropic вычитать оттуда фокус на иностранных компаниях, которые действуют по указке иностранных государств: закон говорит о «любом лице». Во втором без пояснений отвергло то, как судья Хендерсон использовала историю закона для толкования семи глаголов определения. С первым пунктом автор согласен: FASCSA действительно не ограничен иностранцами. Но спор, по его мнению, о другом: какое поведение делает компанию риском.

Автор ссылается на дело Fischer v. United States, где Верховный суд тоже решал, как далеко заходит оборот с «иным образом». Председатель суда Джон Робертс писал тогда, что суд должен понять, как такой оборот связан с «окружающими словами». Узкое прочтение суд подтвердил, разобрав, какую проблему решал Конгресс: лазейку времён Enron. При этом коллегия по делу Anthropic сама признала, что у неё «нет оснований сомневаться» в «благородных намерениях» компании, и не стала спорить с выводом калифорнийского суда, что Anthropic действовала без дурного умысла. Если определение требует враждебного поведения, Anthropic под него не подпадает.

Откуда взялось «manipulate»

Определение складывалось в три шага. Первый - полномочия Пентагона по разделу 806, принятые в 2011 году и сейчас записанные в § 3252: там говорится о риске того, что «противник» может саботировать, злонамеренно внедрить нежелательную функцию или «иным образом подорвать» систему, чтобы «иным образом ухудшить» её работу.

Летом 2018 года Палата представителей взяла этот текст за основу законопроекта H.R. 6430 и поменяла в нём три вещи: «противника» заменила на «злонамеренного субъекта», добавила «извлечь или изменить данные» и поставила «манипулировать» на место и «подорвать», и «ухудшить». В декабре FASCSA сохранил почти всю формулировку, сократил «извлечь или изменить данные» до «извлечь данные» и снова сменил субъекта: вместо «злонамеренного субъекта» появилось «любое лицо».

Слово «манипулировать», подчёркивает автор, впервые появилось в законопроекте, прямо нацеленном на злонамеренных субъектов. Его авторы представляли новые полномочия как продолжение старых. Республиканец Питер Кинг говорил в Палате, что они «созданы по образцу полномочий, предоставленных Министерству обороны в 2011 году». Демократ Бенни Томпсон добавил, что в них учтены формулировки Административно-бюджетного управления (OMB). Так же их описывал и доклад комитета.

Kaspersky, Huawei, ZTE

Доклад сенатского комитета по внутренней безопасности о законопроекте S. 3085, из которого вырос FASCSA, открывается фразой о том, что враждебные государства и другие злоумышленники пытаются получить беспрецедентный доступ к секретной информации через федеральные цепочки поставок ИТ. В примерах значатся Kaspersky Lab, Huawei и ZTE. Тогдашний директор ФБР Кристофер Рэй говорил там, что позиция внутри телекоммуникационных сетей даёт «возможность злонамеренно изменять или похищать информацию» и вести незаметный шпионаж.

Случай Kaspersky объясняет, зачем в законе «любое лицо». Тогдашний исполняющий обязанности министра внутренней безопасности Элейн Дьюк говорила о связях сотрудников Kaspersky с российской разведкой и о российских законах, которые позволяют спецслужбам требовать от компании содействия. Член Палаты представителей Кэтлин Райс в июле 2018 года выразилась прямее: у ФБР были основания считать, что в программах Kaspersky есть бэкдоры для российской разведки. Доказывать враждебность самой Kaspersky правительству не требовалось: угрозой мог быть тот, кто способен воспользоваться доступом вендора. Но в каждой версии этой истории кто-то пытается скрытно скомпрометировать федеральные системы.

Так же слово звучало и на слушаниях. Луис Корреа говорил, что товары и услуги не должны становиться «объектом манипуляции» противников. Грегори Уилшузен из Счётной палаты США (GAO) предупреждал, что угрозы позволяют противникам «извлекать данные или манипулировать ими», и эта пара почти дословно совпадает с «извлечь данные или иным образом манипулировать» в законе. Нейтрально слово прозвучало один раз, в стандартном определении информационных технологий, куда входит «манипулирование» данными. FASCSA включает это определение в понятие охватываемого продукта. Если бы такой манипуляции хватало, рискованным оказывался бы любой продукт, который покупает государство.

Что может возразить правительство

Автор разбирает четыре вероятных контрдовода. Первый: в истории закона есть и непреднамеренные угрозы. Министерство внутренней безопасности (DHS) говорило об уязвимостях, которые эксплуатируют «намеренно или ненамеренно», GAO упоминала забастовки, землетрясения и ураганы. Но, по мнению автора, и такие уязвимости там описаны как бреши, которыми пользуются враждебные субъекты.

Второй: закон отсекает рутинные случаи другими условиями. Риск должен быть «значительным», а исключение вендора «необходимым для защиты национальной безопасности». Автор отвечает, что это оценочные решения, которые большинство проверяло с уважением к позиции ведомства. Открытое определение, предупреждает он, может превратить угрозу такого ярлыка в способ давить на компании.

Третий: сенатский доклад пишет, что «мотивы субъектов различаются, но последствия одни и те же: менее защищённая Америка». В предыдущем предложении доклада, однако, речь идёт о «злоумышленниках или враждебных государствах», а сноска цитирует предупреждение разведкомитета Палаты о китайских закладках. Четвёртый: в делах о национальной безопасности суды толкуют неясности в пользу государства. Эта презумпция, по мнению автора, работает, только если обычные способы толкования оставляют вопрос открытым. К тому же главный по закупкам в DHS говорила Конгрессу, что поддерживает «надёжные гарантии от злоупотребления» новыми полномочиями, а судебный контроль сенатский комитет специально передал апелляционному суду округа Колумбия.

Само большинство пишет, что Anthropic «частично, но не полностью» ослабила ограничения ради министерства: сделала для государства отдельную модель и отдельное дополнение к правилам использования. Судья Хендерсон в особом мнении назвала то, что охватывает решение большинства, «честным и открытым соблюдением подрядчиком ограничений на использование продукта, которые не нравятся правительству».